Ад

Моя прабабушка по материнской линии родилась в зажиточной семье. Выражалась зажиточность в том, что к моменту, когда она была молодой девушкой, у них уже было крепкое хозяйство и дом из кирпича, а у остальных дома были деревянные. Ранний большевизм практическое трудолюбие воспринимал негативно и с большим удовольствием конфисковывал его плоды. С трудолюбивыми людьми особо не церемонились.

Несмотря ни на что, нашлись добрые люди, предупредили, что за отцом придут. Он отправился скрываться в леса и больше не вернулся. Этим история не закончилась, поскольку большевиков больше интересовала собственность, чем люди. Был даже подведён значимый фундамент под то, почему семью надо ограбить: лучший дом должен быть не в частной собственности, а в государственной. На практике это вылилось в то, что в дом въехала семья главного партийного чина.

Семью прабабушки, включая её саму, частями сослали. Её малолетний брат оказался в вагоне с урками, которые по неизвестным причинам выбросили его из поезда где-то посередине Сибири. Такова была, по крайней мере, официальная информация, которую удалось о нём впоследствии узнать.

Через несколько лет лагерей большевики посчитали, что прабабушка уже вполне искупила свою вину, и позволили ей вернуться. Жить ей было негде. Пришлось вселиться в брошенную покосившуюся хибару, самостоятельно сложить там из подручных средств печь, привести в приемлемый порядок. Мало кто решался помогать «вражескому элементу», но добрые люди всё же находились, и без дров зимой она не оставалась. Несмотря ни на что, ей удалось создать семью, родить и вырастить двоих детей, дожить до глубокой старости.

И уже в старости с ней произошёл курьёз. Жена главного партийного чина, прожившая всё это время в её доме, ощущая приближение встречи со всевышним, пришла к ней просить прощения. Прабабушка ей пообещала, что волноваться не о чем, всевышний её простит.

***

Мой дедушка по отцовской линии, когда был ещё совсем молодым человеком, попал на фронт ВОВ. Он был, по большому счёту, ещё совсем ребёнком, и о военном деле не знал ровным счётом ничего. Прямо с полей, где он помогал семье по хозяйству, его забрали, выдали винтовку с парой патронов, и вместе с такими же как он защитниками транспортировали на украинский фронт — останавливать гитлеровскую машину. Советская армия в это время была в плачевном состоянии и просто сдавала всё. Офицеров вывозили автомобилями, рядовые беспорядочно отступали своими силами. Первое и последнее боевое столкновение, в котором дед побывал, он описывал впоследствии моему отцу.

Группа солдат, в которой он оказался во время отступления, решила устроить привал. Как это правильно делать, естественно, никто из этих вояк не знал. Очень скоро их настиг немецкий отряд и застал совершенно врасплох. Гитлеровцы выходили из-за пригорка и поливали всё вокруг из автоматического оружия. Последнее его воспоминание об этом эпизоде почему-то особенно основательно у него отложилось — рукава у немцев были закатаны выше локтя. Орднунг. К важному делу надо подходить основательно.

Дед сразу получил несколько огнестрельных ранений. Пули прошли насквозь, одна застряла в ремне, одна в груди. Каким-то чудом украинские деревенские жители его выходили, выдав за местного. Как только он пришёл в состояние двигаться, его отправили в Германию, где он в трудовых лагерях провёл большую часть войны — вплоть до советского контрнаступления. На рентгеновском снимке, сделанном несколько десятилетий спустя, видно — от пули до сердца оставалось около сантиметра. Врачи решили, что оперировать и извлекать её было бы гораздо опасней, чем оставить всё как есть. Так и оставили.

С пулей в груди он вернулся домой, родил и вырастил семерых детей, дожил до старости.

***

Оба этих человека запомнились мне жизнерадостными. Если бы я не знал их истории, я бы никогда не смог предположить, через что им пришлось пройти. Когда я для себя пытаюсь рассуждать, где они черпали силы для того, чтобы идти вперёд, я прихожу к выводу, что они, вероятно, тоже сравнивали себя со своими предшественниками. Имея представление о том, через какой ад проходили их деды, свою судьбу они, вероятно, считали лёгкой.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *